– Попозже, я думаю, – поспешила заметить Элеонора. – Я полагаю, что его высочество предпочитает пройти в свою каюту.

Она еще раз улыбнулась капитану, размышляя, как объяснить ему потом странное поведение принца: «Скажу, что его высочеству стало нехорошо после тренировки». Конечно, отговорка довольно слабая, но все же намек на «пространствофобию» принца выглядел уважительнее, чем признание в том, что Роджер нарочно «дурит».

– Разумеется, – капитан понимающе кивнул. – Смена окружающей обстановки сильно влияет… Могу я приступить к своим обязанностям?

– Разумеется, капитан, спасибо. – Элеонора продолжала улыбаться.

«Да, полет без Роджера стоил бы мне гораздо меньшей крови, – подумала она серьезно. – Но что толку, все равно уже ничего не изменишь!»

– Мать моя женщина! Мышонок, ты ли это? Из-под немыслимого вороха чемоданов, рюкзаков и прочих тюков показалась голова карлика-лакея Костаса Мацуги.

Багажный отсек довольно быстро заполнялся Бронзовыми варварами… Судя по методичности, с какой они перекладывали свои вещи в рундуки, во всем царил определенный установленный порядок.

– И какой во всем этом смысл? – спросил копошащийся коротышка.

– Эй, Мышонок, не вали ты все в одну кучу, – произнес один из долговязых дядей «при исполнении». – На таких кораблях, как наш, достаточно свободного места. А то навалил тут вперемешку снаряжение и мешки с едой… Всем привет, – еще громче продолжал «дядя», чтоб пробиться сквозь гул болтовни и щелканье чемоданов. – В отсеке есть мыши. Старайтесь не оставлять мусор на скамейках.

Мимо лакея проплыла женщина в форме капрала и стала переодеваться.

– Мышки? Я их обожаю. Это мое любимое лакомство.

– Покусали мою кошку, расцарапали мне ножку, – весело горланили новобранцы.

Мацуга презрительно фыркнул и пошел распаковывать личный багаж принца. Его высочество привык обедать самым изысканным образом.