— Матушка, — нейтральным тоном поздоровался Роджер, исполнив миллиметровый поклон, и коротко глянул на брата, сидящего в соседнем кресле. — Чему я обязан честью оказаться в таком дважды августейшем присутствии?

Он изобразил легкую понимающую усмешку.

Джон Макклинток ответил брату тонкой улыбкой и коротким кивком. Знаменитый на всю Галактику дипломат был одет в традиционный костюм синей шерсти, из рукава которого высовывался краешек скромного носового платка — практично и удобно. Внешне он напоминал туповатого банкира, но за бесстрастным лицом и сонными глазками скрывался один из самых проницательных умов обитаемой части Галактики. Несмотря на оформившийся животик, обычный для мужчины среднего возраста, Джон мог бы стать профессиональным игроком в гольф... если бы обязанности прямого наследника престола не поглощали все его время.

Императрица наклонилась вперед и пронзила младшего сына поистине лазерным взглядом:

— Роджер, мы посылаем тебя в межпланетное путешествие. Твоя задача — демонстрация флага.

Роджер несколько раз мигнул и пригладил волосы.

— Да? — осторожно ответил он.

— Через два месяца на Левиафане состоится праздник Вытягивания Сетей...

— Боже мой, мама! — Восклицание Роджера перебило императрицу на середине фразы. — Это что, шутка?

— Мы не шутим, Роджер, — строго сказала Александра. — Конечно, основной продукт их экспорта — гремучее масло, но это не отменяет того обстоятельства, что Левиафан является узловой планетой Империи в секторе Стрельца. И ни один представитель нашей семьи не удостаивал праздник своим посещением вот уже два десятилетия.

«С тех пор как твой отец отправился в изгнание», — не стала уточнять Александра.

— Но, матушка! Этот запах! — взвыл принц, тряхнув головой, чтобы убрать с глаз выбившуюся прядь волос.

Он понимал, что ведет себя недостойно, и ненавидел себя за это, но альтернатива воняла — ни больше ни меньше — гремучим маслом.