Оставив Рона записывать претендентов на собственное жильё, я повёл пятерых – теперь уже Старейшин – в барак, к своему месту, куда срочно притащили стол и табуреты.

Вздохнув, я первым сел за стол, и начал вторую битву, не менее важную, чем недавно выигранная.

– Думаю, нам стоит представиться друг другу, – я посмотрел на слегка

напыщенных гномов. – Начнём с вас, почтенный.

– Эстер, Клан Сломанной секиры, – гном слегка наклонил голову.

– Атор, Клан Сломанного доспеха, – его сосед важно раздулся.

– Ортан, Клан Наковальни Торина, – следующий гном едва пошевелил губами.

– Ватан, Клан Молота Торина, – гном вежливо наклонился.

– Дорн, Клан Вечного огня, – этот гном с вызовом посмотрел на всех.

«Интересно, а Дарин из какого Клана, – внезапно пришла мне в голову мысль, – не помню, чтобы он распространялся об этом. Нужно будет спросить его потом».

Пока гномы представлялись, я отмечал их поведение, то, как они говорили, как смотрели на меня, на соседей – поведение говорило мне о многом. «С каждым придется повозиться», – понял я в конце их представления.

– Тогда начнём, – я положил перед собой чистый лист, достал перо и чернила. – Формат совещания будет следующий: чтобы не терять времени и не задерживаться здесь более необходимого, я каждому из вас по порядку даю слово, он говорит, я записываю любые его предложения. Затем мы голосуем по каждому пункту и те предложения, которые будут приняты большинством голосов, принимаем в работу.

Я поднял голову от листа, который расчерчивал во время своей речи, расписывая имена гномов и их Кланы, и увидел выпученные глаза гномов. «Думали сидеть и спорить тут до посинения? – хмыкнул я про себя. – А вот фиг вам, почтенные, всё будет по-моему, не зря я эти месяцы с гномами прожил, насмотрелся на то, как вы ведёте дела. Неделя споров, неделя рассуждений, и только потом принятие решения».