– Да, зелёный, на кухне. Пойдёмте, покажу. Я назвал его не "отбойщиком", а "отбойником". Это синоним к мастеру сглаза. Мастер силы - "топор", мастер сглаза - "отбойник".

Стульев на кухне не наблюдалось. Хорошо, хоть посуда была.

– Мастер сглаза, "отбойник", - продолжил Портнов. - Называйте как хотите. Суть одна: этот человек, скажем так, всё время накладывает проклятия.

– На нас? - Емельян Павлович остановился с ложкой в руке.

– Не волнуйтесь, на нас - только если мы ему шибко понравимся. В основном он проклинает себя.

– Что-то я не замечал в нём особой самокритичности.

– И не заметите. "Отбойник", как правило, очень себя любит. Поэтому желает себе добра. Но в силу своих способностей сам себе и вредит. Хочет быть здоровым - тут же заболевает. Хочет много денег - теряет все до копейки… Что выделаете?! Кто же заливает зелёный чай кипятком? Пусть чуть-чуть остынет.

Из ванной донеслось невнятное пение.

– То есть, - продолжил мысль Леденцов, - если ему сейчас захочется подышать, то он запросто захлебнётся?

– Не так трагично. Во-первых, силы он невеликой. Иначе или не выжил бы, или попал в поле моего зрения раньше. Во-вторых, с ним Алена, а она ему не даст захлебнуться.

– Да? Госпожа заведующая тоже мастер чего-нибудь? Мастер спорта по плаванию?

Портнов вежливой улыбкой дал понять, что ценит остроумие собеседника.

– Нет. Она просто компенсатор. Она… блокирует способности любого мастера. Кстати, воду уже можете наливать.

– Значит, для этого вы их познакомили? Чтобы Алена Петровна охраняла господина Тридцать Три от самого себя? А чего вы не пьёте?

– Чуть попозже. Чай ещё не настоялся, нужно, чтобы листики развернулись. А по поводу цели знакомства вы ошибаетесь. Невозможно человека всю жизнь компенсировать. Это изматывает. Кроме того, нужно же когда-то спать, отлучаться по своим делам. В такие моменты сжатая пружина мастера распрямляется, и её действие становится вдвойне разрушительным.