Иван Иванович словно говорил о землетрясении или извержении вулкана - явлении грозном, но и прекрасном.

– "Отбойник" должен перестать быть "отбойником", иначе он и себя погубит, и своим близким жизнь испортит. Ну, как чай?

– Рыбой пахнет. Наверное, чашка плохо помыта.

– Нет, так и должно быть.

Какое-то время мужчины пили молча: Портнов - с наслаждением гурмана, Леденцов - насторожённо принюхиваясь после каждого глотка.

– И как вы собираетесь это проделывать? - сказал Емельян Павлович, возвращая чашку на стол. - В смысле лечить этого сглазного мастера?

К пению в ванной добавилось гудение строгого и ласкового женского голоса.

– Я? - пожал плечами Портнов. - Я не собираюсь. Лечить будете вы.

– Ещё чего! У меня дел невпроворот! Как минимум неделю буду от заказчиков отбиваться да с поставщиками объясняться. И вообще, зачем это мне?

Иван Иванович ответил только после того, как вдохнул дымящийся над кружкой пар и закрыл глаза.

– Вы не хотите ему помочь?

– Хочу. Но я не могу помочь всем бомжам…

– Не всем, - Портнов так и стоял, держа кружку перед собой двумя руками и зажмурившись, - только этому конкретному. Более того, это пойдёт на пользу вам же.

"Всё-таки вляпался, - подумал Леденцов, - знал же…"

– Поздно уже, - сказал он, - пора мне домой.

– Вы сможете проверить свои силы на практике, - Иван Иванович по-прежнему находился в чайном трансе. - Развить свои способности. Научитесь ограничивать или, напротив, усиливать их. А заодно человека спасёте.

– У меня времени нет…

– Куда вы торопитесь? Кто вас ждёт? Только не врите. Залейте лучше чай ещё раз, хотя бы и кипятком. Возможно, вторая вода вам больше понравится. А времени на возню с нашим нетрезвым другом почти не потребуется. Думаю, вы справитесь за один-два сеанса.

Емельян Павлович побарабанил пальцами по столу, но всё-таки поставил чайник на огонь.