– Так что там по поводу сеансов? - "вторая вода" Леденцову действительно понравилась больше, и рыбой уже не так пахло.

– Если господин Тридцать Три перенапряжётся, то избавится от своего дара, вернее, проклятия.

– И заживёт нормальной жизнью?

– Это уж не знаю. От него зависит. Обычно после этого бывший "отбойник" или резко идёт на поправку, или падает на самое дно.

– Нашему лингвисту, - сказал Емельян Павлович, - вторая возможность не грозит. Падать некуда. Слушайте, а как я узнаю, о чём думает этот, прости господи, мастер сглаза? Или я ещё и мысли читать умею?

– Нет, - ответил Портнов, - для чтения мыслей у нас Другой человек приспособлен. К тому же, в данном случае…

Дверь в ванную распахнулась, и оттуда показался бледный Тридцать Три, облачённый в огромный банный халат. Он с некоторым удивлением рассматривал свои руки, на которых деятельная Алена Петровна успела даже состричь ногти.

– Круто, - сказал он, - не то что в вытрезвителе. Такое дело нужно отметить соответствующими напитками.

– …в данном случае, - закончил мысль Иван Иванович, - догадаться о мыслях нашего гостя несложно.

12

Катенька смогла дозвониться до Палыча только в четверг вечером, хотя в милиции ей сообщили, что задержанный Леденцов отпущен из-под стражи в тот же день. Под какую-то подписку.

Поэтому романтическая решимость таскать в тюрьму пирожки с капустой у Катеньки трансформировалась в откровенную злость. В конце концов, что должен делать влюблённый мужчина, вырвавшись из тюремной камеры? Естественно, звонить своей избраннице. По крайней мере, не пропадать неизвестно где. И уж точно, не говорить таким недовольным голосом, когда избранница наконец дозванивается и хочет узнать подробности.

Из всех подробностей Леденцов сообщил ей только одну-время.

– Полтретьего ночи, - сказал он крайне недовольно, - ты спать собираешься?