– Не знаю, - сказал он, - чаю выпью, но, думаю, ни в чём вы меня не убедите.

– Да? - Иван Иванович хитро приоткрыл один глаз. - Убедил же я вас, что вы - мастер силы? Без особого труда, заметьте.

Пение бомжа наконец-то прекратилось. Алена Петровна продолжала заботливо бубнить. Леденцов обдумывал последнюю фразу Портнова и вынужден был с ней согласиться: он уже не сомневался в своих способностях, хотя и не мог вспомнить аргументов собеседника. Тут засвистел чайник, и Емельян Павлович наполнил заварник.

– Допустим. И в чём будет состоять лечение?

– Проще простого. - Иван Иванович поблёскивал уже обоими глазами. - Вы будете думать то же, что и наш друг-текстолог. Его усилиями цель будет отдаляться, вашими - приближаться. Туда-сюда.

Портнов свободной от кружки рукой совершил ряд возвратно-поступательных движений.

– Тянитолкай какой-то, - сказал Емельян Павлович.

– Нечто вроде. Вы сильнее, уж поверьте, не льщу. Поэтому вы должны будете подстраивать свою силу под его. Чем сильнее он толкает, тем сильнее вы тянете. Он усиливает, и вы усиливаете.

– А смысл?

– В какой-то момент он выйдет за пределы своих возможностей и, скажем так, перегорит. Или, если вспомнить давешнюю аналогию, пружина лопнет.

Дверь ванной открылась, но оттуда вышла только Алена Петровна.

– Совсем протрезвел, - сообщила она, пряча улыбку в пухлых губах, - стесняться начал. А поначалу все звал к себе в ванну, побарахтаться.

– Скоро он? - поинтересовался Портнов.

– Думаю, минут пять.

С этими словами заведующая и по совместительству банщица прислонилась к стене и замерла. Леденцову показалось, что лицо её приняло то же выражение, что недавно в машине, но напряжённости было куда меньше.

– Компенсатор за работой, - пояснил Иван Иванович. - Алёнушка, чаю хотите?

Алена Петровна молча покачала кучерявой головой.

– Кофеманка, - пожаловался Портнов.