К счастью, шум быстро замяли фармацевтические фирмы, доходы которых необычайно возросли. Фирмы не поспевали производить снотворные таблетки, которые расхватывали молниеносно. Спрос на таблетки непрерывно возрастал, так как каждому, естественно, хотелось по возможности продлить приятные минуты. Некоторое время Макгроуну удавалось с помощью солидных взносов утихомирить тлеющие страсти, однако так не могло продолжаться долго.

– Эй ты, суррогат! – окликнул Макгроун, отрываясь от деловых бумаг.

Перед Чарли немедленно выросла статная фигура с застывшей улыбкой на пластиковом лице.

– Сигару! – сказал Чарли.

Робот заученно-подобострастным движением протянул хозяину роскошную сигару, но закурить Чарли не успел. Дверь кабинета без стука распахнулась, и на пороге появились двое верзил в небесно-голубой форме полиции.

– Чарлз Макгроун? – сказал один из них, пристально глядя на владельца кабинета.

Чарли побледнел.

– Вы не ошиблись, господа, – изрек важно робот все с той же улыбкой, казавшейся приклеенной.

– Вы арестованы, – сказал один из вошедших. Он локтем отодвинул робота и шагнул к Чарли.

– ...Итак, подсудимый Макгроун, вы отказываетесь признать себя виновным?

– В чем виновным? – невозмутимо спросил Макгроун, не обращая внимания на суетящихся репортеров.

– В том, что предосудительными действиями чрезмерно продлили время сна граждан Тристауна, чем вызвали хаос в деловой жизни города.

– Но, почтенные судьи, я вовсе не старался удлинить время сна. Я всего лишь выполнял заказы, о которых здесь говорилось. Заказы на сны. Свобода предпринимательства...

– Так кто же, по-вашему, виноват? – перебил его прокурор. – Кто вызвал в Тристауне "сонную опасность", которая грозит перекинуться на всю страну?

– Виноваты фабриканты снотворного, – сказал Макгроун.

По залу пронесся шумок.

– Однако же не кажется ли вам странным, Чарлз Макгроун, что до появления вашего предприятия снотворные пилюли не были в таком ходу? язвительно заметил прокурор. – Вся вина лежит на вас, Чарлз Макгроун.