Гвардия Первый Когорты, стоявшие неподалеку, тоже внимательно наблюдали, но преимущественно за ближайшими скоплениями народа, бродившими по рынку. Они следили, чтобы толпа слишком близко не приближались, хотя и не было какой-либо реальной причины ожидать неприятностей.

После всего произошедшего каждый был в хорошем настроении. Годы войны закончились. Везде воцарился мир и процветание. Вчерашняя свадьба, казалось, ознаменовала начало мира возможностей, о котором раньше даже не мечтали.

И среди всей этой, освещенной солнечным светом, жизнерадостности слова мальчика ощущались Ричардом, подобно мрачной тени, не принадлежащей к окружающему миру.

Кэлен присела на корточки рядом с мужем. Её струящееся белое платье, олицетворяющее её положение как Матери-Исповедницы, под ранним весенним небом будто излучало тёплое сияние, как если бы она была добрым духом. Ричард поддержал рукой костлявые плечи мальчика и смотрел, как Кэлен осторожно подносит к его губам флягу с водой.

"Можешь сделать глоток?"

Ребёнок проигнорировал её просьбу, словно вовсе ничего не слышал.

— Я один, — тихо проговорил он. — Совсем один.

Голос его звучал так жалобно, что Кэлен, преисполненная состраданием, подвинулась ближе к мальчику и нежно коснулась его плеча, утешая.

— Ты не один, — твёрдо сказал Ричард, желая рассеять ужас этих слов. — С тобой есть и другие люди. Твоя мать рядом.

Глаза мальчика двигались под закрытыми веками, будто хотели разглядеть что-то в кромешной тьме.

"Почему они все бросили меня?"

Кэлен осторожно положила руку на поднимающуюся грудь мальчика.

— Бросили тебя?

Мальчик, заблудившийся в том, что видел внутренними глазами, простонал и захныкал. Его голова вертелась из стороны в сторону.

— Почему они оставили меня в этом холодном и тёмном месте?