У нее не было своей машины: все деньги вложены в дело – свободных средств нет. Но имелся дорогой сотовый телефон. На этот номер Степан и позвонил из ее кабинета.

Девушка долго не брала трубку, наконец он услышал тихое «да».

– Ты где?

– Дома, – сдавленно ответила она. И, всхлипнув, добавила: – У себя дома…

– Ты плачешь?! – похолодел Степан.

– Да… Мне плохо… Мне очень плохо…

Корольков бросил трубку, выбежал из магазина, поймал такси.

Степан долго звонил в дверь прежде, чем она открылась. Даша едва стояла на ногах, одной рукой придерживала половинки разорванной сорочки. Волосы растрепаны, губа разбита в кровь, тушь размазана по лицу… И в квартире полный бардак. Одежда разбросана, ковер на полу смят, стулья перевернуты, под телевизором осколки разбитой вазы. Диван в комнате разобран, покрывало скомкано.

– Кто здесь был? – хватаясь за голову, спросил Степан.

– Я думала, что ты. Открыла дверь, а они… Один меня ударил, другой поволок в комнату…

– Кто они?

– Аслан был… И Муса… Он сказал, что его Муса зовут… Аслан мне нож к горлу приставил, – всхлипывая, Даша показала на тонкую красную полоску в районе шеи. – А Муса сказал, что мне сейчас голову отрежут, если я не отдамся… А что мне оставалось делать? Сначала Муса был, потом все остальные.. Я не хочу об этом рассказывать!..

Обхватив голову руками, она обессиленно прислонилась спиной к стене и сползла на пол. Лицо за крыто волосами, спина сотрясается от безудержных рыданий.

Степан подал Даше холодной воды, но она отбросила стакан, и он разбился о дверной косяк.

– Это ты во всем виноват!

– Ты же сама сказала, чтобы я в магазине остался! – сказал Степан, хоть и осознавал всю тщет ность собственных оправданий.

– Я не про это! Зачем ты Валеру прогнал? Этого бы не произошло, если бы он от меня не открестился! А он отдал меня тебе! Тебе!!! А ты не смог меня защитить! Не смог!!! – забилась в истерике Даша. – Ну зачем ты приехал, а? Кто тебя звал… Убирайся!