«Как??»

«А вот так!»

В голове Дмитрия сама собой сложилась картинка, как давешний, пришедший к нему во сне мужик, добивает ножом бурого здоровенного медведя, сам залитый кровью и своей и медвежьей…Голова в районе правого уха вообще сплошная рана.

«Я… тоже пошёл на медведя когда-то… тоже без причин… чтобы себе доказать что-то…убил… и стал лешим, как и он был… Один уходит — другой приходит…главное, чтобы стоящий был, со стержнем. Лес охранял… устал я…ждал такого как ты…теперь твоя очередь…11 медведей дал убить пока тебя ждал… ни один не был готов… все по ёлкам разбегались, смотреть противно…идут на медведя а сами овцу зарезать толком не смогут… а этот душегуб (всплыло лицо Леонида) убивал…мразь… за деньги губил на потеху. Всё, слушай лес… прощай…брат».

Медведь умирал отнюдь не картинно и киношно. Он положил свою тяжёлую голову себе в лапу, прикрыв ею нос и тяжко дыша, какое-то время смотрел перед собой, больше не обращая внимания на сидящего рядом Дмитрия, полностью погрузившись в свой уход.

А Дмитрий сидел ошеломлённый лесом. И казалось, ничего не замечал уже вокруг.

Лес ворвался в него тысячей ощущений и вростал сложной и вместе с тем такой простой организацией своей жизни.

Леший ушёл, да здравствует леший.

Теперь он не только понимал, теперь он ЧУВСТВОВАЛ лес.

Зверей и растения.

Спящего рядом в берлоге медведя, уже было собравшегося вылезти на шум выстрелов в сонно-недоумённом состоянии, Дмитрий просто успокоил… так получилось… само. Он просто понял, что может управлять зверьём и чувствует его.

Вот неподалёку волчья стая.

Голодно зимой.

Три дня не ели.

Теперь еды им навалом будет. В лесу отходов не бывает. Пока в него не заходит человек.

Всё портило присутствие человека. Человек на ёлке.

«Да это же Славка. Славка… и что?? Какая теперь разница кто его загрыз, медведь или волки??»