Даже несмотря на то, что прилетевшие на корабле выглядели как самые обычные люди, что-то подсказывало ей, что все было не так просто, как ей показалось вначале. Эти мужчины не выглядели голодными или измученными — мало того, они просто дышали здоровьем и силой. Подобного эффекта не смог бы добиться ни один беженец, как бы ни старался.

Димитрии внезапно захотелось вжаться в стенку и раствориться в ней, исчезнуть. Ее радужные мечты растаяли в один момент, взлетели на воздух, точно их подорвали радиоактивной миной. В мире не бывает чудес, и ей уже давно следовало это понять.

Только сейчас девушка пожалела, что вообще вышла из дома. Сидела бы себе в своей квартирке, считала бы горошинки на обоях, и все было бы хорошо. А теперь она была загнана в угол, потому что бульвар Славенко имел структуру, чем-то похожую на листья клевера, то есть, выходя из одного его конца, всенепременно попадаешь в другой, соседний.

Опасность не заставила себя ждать, и очень скоро звонкий мужской голос окликнул Димитрию, и та как подорванная дернулась с места и принялась бежать. Девушка юркнула в узкий проулок, ведущий в сложную сеть внутренних дворов, которую она хорошо знала, а вот преследователь — не очень. И все же она не была достаточно быстра и проворна, чтобы оторваться от преследователя, который сдаваться явно не собирался. Звон от его обитых таким же лунным железом, из которого был сделан и корабль, сапог эхом отдавался от стен пустых домов. Мужчина в черном комбинезоне еще раз что-то крикнул вслед удирающей Димитрии, но та даже не расслышала: слишком громко билось ее сердце, чтобы распознать хоть что-нибудь кроме бурления собственной крови. Выплеск адреналина подстегнул девушку бежать еще быстрее, точно проворная лань маневрируя между покинутыми детскими площадками, взбираясь на крыши гаражей и продолжая бежать вперед, в неизвестном направлении.

Последние годы Димитрия плохо питалась, и из-за недостатка нужных веществ и витаминов у нее едва хватало сил, чтобы не останавливаться. Про себя девушка проклинала свое любопытство и нетерпение, заставившие ее выйти на улицу, самыми последними словами.