Кто видел чудеса Востока, кто знавал красавиц Запада? Пусть отовсюду приходят высказать суждение о моей возлюбленной искушенные в любви ценители женской прелести, пусть скажут правду, встречалась ли им когда-нибудь подобная красота. Ведь если всю ее окинуть взором — всюду увидишь только красоту и только с красотой повстречаешься. Мом отступает от нее в злобе, стонет и сознает свое бессилие. Я поражен ее прелестью, и мое восхищение простирается даже на ее ноги. Ведь ноги, если они хороши, способны некрасивых сделать красивыми. Меня радует и ее поведение, как нельзя более идущее к ее наружности. Хотя Питиаде суждена была жизнь гетеры, она исполнена врожденной простоты и имеет безупречный нрав. По всему своему складу она выше такой жизни и своей неиспорченностью особенно подкупила меня. Какой я ни подарю ей подарок, она довольна в отличие от гетеры, которой, что ни дай, все мало... как галка всегда подле галки, так и мы. К чему распространяться о дальнейшем, где начинаются сокровенные радости Афродиты? Скажу только, что Питиада противится ровно настолько, чтобы промедление разжигало меня еще сильнее. Шея ее благоухает амвросией, дыхание сладостно. Пахнет оно яблоками или розами, добавленными в питье, ты решишь сам, когда поцелуешь ее. С головой на груди любимой я лежал без сна, приникнув губами к ее бьющемуся сердцу. Нет, неправильно говорят некоторые, будто только один путь ведет к полному наслаждению! Ведь некрасивые женщины не дают нам познать любовь, и никто не вкусит с ними ни начала, ни завершения любовного наслаждения.