— Нет, я не хочу! — завибрировав, вскричала я.

А в следующий момент увидела в боковом зеркальце машины свое отражение.

«Вот это картина!» — ахнул мой внутренний голос.

И я без объяснений поняла, что он имеет в виду отнюдь не живописное полотно «Похищение Европы», сюжетно близкое к сложившейся ситуации. Кто не помнит — там Зевс в образе быка мчит украденную им красавицу Европу по морским волнам к невидимому за горизонтом сеновалу.

Так вот, я походила не на прекрасную Европу, а на ужасную Африку: с ног до головы черная, страшная… Да это Алехандро должен был в голос орать: «Нет, нет, я не хочу!»

Я сразу перестала тревожиться относительно программы развлечений на эту ночь, позволила новому знакомому усадить меня в машину и настолько успокоилась, что даже вспомнила об оставленной на произвол судьбы тачке Бронича. Точнее говоря, я вспомнила об оставленной в его тачке своей сумке.

— Я прошу прощения, но у меня к вам большая просьба, — подчеркнуто вежливо сказала я, стараясь суперобразцовым поведением компенсировать недавнюю истерику. — Видите во-он ту машину?

Сформулировать свою просьбу я не успела.

— Ты что, за рулем?! — Александр с ужасом воззрился на меня. — Пьяная?!

— С чего вы взяли, что я пьяная?! — возмутилась я.

— Ты валялась в луже трезвая?! — Ужас в его голосе трансформировался в изумление.

— Я не валялась в луже! Я в нее упала!

— Трезвые не падают!

— Все падают, если на них наезжает мотоцикл!

— На тебя наехал мотоцикл?

Я кивнула с мрачной гордостью: все-таки не каждому удается пережить роль жертвы ДТП. Алехандро оглядел меня с головы до пят, недоверчиво покрутил головой и пробормотал:

— Мотоцикл цикал, цикал, не доцикал и уцикал…

Услышав детскую считалку, я закатила глаза и тоже цикнула:

— Тц! Вы, часом, не в садике работаете?