Наступило неловкое молчание.

- Проклятие! - прошипел Погорельский. В гостиную спустился Сергей Буянов. Он вышел к мужчинам и молча сел на стуле в углу, недалеко от дивана.

- Что там с женщинами? - спросил Дронго.

- Ничего, - ответил Буянов. - Кажется, у Кати сдали нервы. Она плачет и требует, чтобы ее увезли отсюда.

- Наверное, боится дождя, - улыбнулся Усманов. - Кстати, мы знаем только ваши имена, а вновь прибывшие еще не представились.

- Да, конечно, - кивнул Дронго. - Это мой друг Эдгар Вейдеманис. А на диване сидят отдыхавшие вместе с нами Отари Квачадзе - он очень талантливый художник, я видел его картины - и Мамука Сахвадзе, он работает в налоговой службе Грузии.

- Значит, мы коллеги, - обрадовался Усманов. - Интересно, что мы случайно встретились именно здесь.

- Да, - кивнул Мамука, - очень приятно. Прямо маленький интернационал.

- Бывший Советский Союз, - засмеялся Усманов. - Мы с Алтынбаем таджики, хотя у меня мать узбечка. Мой помощник - украинец. Вы двое из Грузии, наши кинематографисты из России, а ваш друг, кажется, из Латвии, - сказал он, обращаясь к Дронго.

- Еще повар, он азербайджанец, - напомнил Мамука.

- Да, действительно, - кивнул Усманов. - Полный комплект.

- Я белорус, - вдруг сказал Погорельский, - а у Толдиной мама - полька.

- Ну вот видите, - развел руками Усманов, - все народы представлены. Только вы не сказали, как вас зовут, - обратился он к Дронго. - Вы, кажется, тоже местный?

- Не сказал, - согласился Дронго. - Я родился в Баку, но в последние годы чаще живу в Москве или в Европе.

- Это Дронго, - представил его Вейдеманис" - самый известный в мире эксперт.

- Проводите экспертизу грузов или товаров? - спросил Усманов. - Значит, мы почти коллеги. Вы работаете на таможне?

- Нет, - улыбнулся Дронго, - не на таможне. И в этот момент на лестнице показалась Нани, спускавшаяся в гостиную. Она явно нервничала.