Такие небольшие горы в землях северных карьяла не редкость. Эта называлась Браге, а почему — никто не знал, да особо и не любопытствовал. Ильмо выбрал ее для охотничьей стоянки из-за каменного круга, венчающего вершину. Неровный круг размером около пятнадцати шагов в поперечнике был выложен из необтесанных валунов, скрепленных между собой с помощью глины с песком, так что вышло нечто вроде сплошной стенки высотой взрослому до колена. Изначально круг приглянулся охотнику тем, что в нем совершенно не кусались комары. Позднее обнаружилось еще одно свойство круга — в нем не снились сны. Ильмо был достаточно сведущ в ворожбе, чтобы догадаться, что круг не простой. Может быть, другой, более опытный чародей поостерегся бы задерживаться в таком месте. А Ильмо, наоборот, взял да поставил в круге просторную палатку из шкур нерпы, какие изредка привозили на торг из земель саами, устроил рядом кострище, поставил распялки для шкур — словом, обустроился.

Над костром булькал котелок с ухой. Ильмо обгладывал окуней и во всех подробностях расссказывал Калли о том, что с ним стряслось накануне.

— …а когда девка обернулась росомахой, я выхватил нож и метнул в нее — тут и росомахе смерть, и морок развеялся. Потом наклоняюсь к младенцу, а он — светлая мать Ильматар! — открывает глаза… Калли, это что же, называется — рыба? Ты бы еще комаров нажарил!

В левой руке Ильмо держал жареного окуня на прутике, правая была плотно обмотана повязкой. Шея в том месте, где его укусил подменыш, распухла и покраснела, на коже запеклась кровь.

— Комары пошли на юшку, — ответил Калли, выуживая из котелка холстяной мешочек с рыбьей мелюзгой. — Так, говоришь, метнул в оборотниху нож — самый обычный охотничий нож, — и с одного броска…

— Это ведь не простой нож, а заговоренный! Видишь, на рукояти руны? Мне в Брусничном один бродячий колдун резал. Смотри: эта руна — чтобы нож не потерялся, эта — чтобы ржа не ела, а эта, самая сильная, — на погибель всем лесным хийси!