- Привет, Кальдемайн.

Староста, сжимая ладонь Геральта, второй рукой хлопнул его по плечу.

- Это уже пару лет тебя не было, Геральт. А? И ты никак места нигде не нагреешь. Откуда это ты идешь? А-а, п-пада-даль, какая разница. Эй, кто-нибудь там, принесите пива! Садись, Геральт, садись. У нас тут балаган, понимаешь, завтра ярмарка. Что там у тебя, рассказывай!

- Потом. Сначала выйдем.

Толпа снаружи выросла раза в два, но свободное пространство вокруг ослика не уменьшилось. Геральт отбросил мешковину. Толпа охнула и отшатнулась. Кальдемайн широко открыл рот.

- О боги, Геральт! Что это такое?

- Кикимора. Не назначено у тебя за нее какой награды, господин староста?

Кальдемайн переминался с ноги на ногу, глядя на паучье, обтянутое дряблой черной кожей тело, на остекленевший глаз с вертикальным зрачком, на иглы клыков в окровавленной пасти.

- Где... Откуда это...

- На плотине, милях в четырех отсюда. На болоте. Кальдемайн, там должны были пропадать люди. Дети.

- Ага, точно. Но никто... Кто бы мог подумать... Эй, люди, а ну по домам, за работу! Тут вам не цирк! Закрой это, Геральт. А то мухи слетятся.

В избе староста без слов схватил кувшин пива и выпил до дна, не отрывая от уст. Затем устало вздохнул и шмыгнул носом.

- Награды нет, - понуро сказал он. - Никто и не предполагал, что такая штука может сидеть в соленых болотах. Несколько человек в той округе пропало, это верно, но... Там мало кто лазил. А ты откуда там взялся? Почему не ехал по главному тракту?

- На главных трактах, Кальдемайн, мне трудно заработать.

- Я и забыл, - староста сдержал отрыжку, надув щеки. - А ведь какая была спокойная округа. Даже домовые редко когда ссали бабам в молоко. А тут на тебе, под самым боком и такая зараза. Выходит, я должен тебя поблагодарить. Потому что заплатить я тебе не заплачу. Нечем мне платить за это.