- Так у вас собственный волшебник завелся? Временный или насовсем?

- Насовсем. Мастер Ирион. В Блавикен живет уже год. Боольшой маг, только глянешь, уже видно.

- Сомневаюсь, чтобы могучий маг заплатил за кикимору, - поморщился Геральт. - Насколько мне известно, она не нужна для эликсиров. Наверное, ваш Ирион только выругает меня. Мы, ведьмакы, не очень-то ладим с волшебниками.

- Никогда я не слыхал, чтобы наш Ирион кого-нибудь оскорбил или отругал. Заплатит или нет, сказать не могу, но попробовать не помешает. На болотах может быть больше таких кикимор, и что тогда? Пусть волшебник глянет на нее, и в случае чего заколдует болота или что он там сделает.

Ведьмак недолго подумал.

- Твоя взяла, Кальдемайн. Что ж, рискнем встретиться с Ирионом. Идем?

- Идем. Носикамик, отгони детвору и бери лопоухого за уздечку. Где моя шапка?

Башня, выстроенная из гладких гранитных блоков, увенчанная зубастыми сторожами, выглядела весьма впечатляюще, возвышаясь над битой черепицей домов и съежившимися соломенными крышами хибар.

- Вижу, обновил, - сказал Геральт. - Колдовством, или вас сгонял на работу?

- Все больше колдовством.

- И какой из себя этот ваш мастер Ирион?

- Порядочный. Людям помогает. Только молчун. Из башни почти не выходит.

На дверях, украшенных инкрустацией из светлого дерева, висел огромный дверной молоток в виде плоской рыбьей головы с выкатившимися круглыми глазами, державшей в зубастой пасти бронзовое кольцо. Кальдемайн, видимо, уже знакомый с ее действием, подошел, откашлялся и громко заговорил:

- Шлет поздравления староста Кальдемайн с делом к мастеру Ириону. С ним же поздравления шлет ведьмак Геральт из Ривии, тоже по делу.

Довольно долго ничего не происходило, наконец рыбья морда задвигала зубастой челюстью и дохнула облачком пара.

- Мастер Ирион не принимает. Уходите, добрые люди.