Машина была штатная, самая что ни на есть штатная, рядовая, с мощностью - Костя точно не помнил, ну, где-то около 80 лошадей и максимальной скоростью дай бог 160 км\ч. Нет. На ней он 183 км\ч не выжмет, даже если после разгона выпрыгнет из машины и будет подпинывать "Жигули" сзади.
"Надо работать, что это я здесь рассиделся", - внезапно четко прозвучало у Костика в голове. Тут Костиково тело само по себе, как бы привычно, подхватило лежавшие на пассажирском сиденье радар и полосатую палку и опять-таки как бы само по себе выкатилось из машины.
"Че ты делаешь, сволочь?! - в панике спросил тело Костик. - Я санкции не давал!"
Тело промолчало, несколько недоуменно застыло и, судя по всему, привычно поиграло полосатой палкой. Потом опомнилось. "Что это я какие-то голоса начал слышать?!" - осведомилось оно само у себя. Затем опять-таки привычным жестом направило радар на приближающуюся машину, удовлетворенно цокнуло, как лошадь, и вскинуло палку.
Если бы Костик мог сесть, он бы рухнул. Тем не менее факт оставался фактом - казалось бы, собственное тело ему подчинялось плохо. Тело, похоже, было в полном распоряжении старшего сержанта Широкова, но никак не во власти Костика.
Старший сержант подошел к тормознувшей Audi А8 и скороговоркой представился:
- Быр-тык-тым-тыкдым-гипропроектстроймонтаж Широков, ваши документы.
Затем телесная оболочка старшего сержанта Широкова цапнула преподнесенные ему документы, быстренько их просмотрела и заявила:
- Что ж вы, Леонид Вадимович, превысили установленную скорость на двадцать восемь километров?
Если бы Костик в тот момент мог упасть, он бы упал обязательно, причем раз восемь, для верности. Потому что в ответ на вопрос он услышал: "А-а, сцука, я ж еще и тормознул перед гаишной машиной! Но все равно попал, бляха-муха! Надо дать ему рублей пятьсот, что ли..."
Костик готов был поклясться чем угодно, что слышит мысли того самого Леонида Вадимовича, лысого дядьки из "авоськи". Хотя, похоже, умение слышать мысли было в новинку только для Костика, но не для старшего сержанта Широкова.