Оставался один вопрос - как? Не на "семерке" же, в самом деле. Мало того, что она не способна развить скорость в 183 км\ч, так и...

Костик вдруг вспомнил еще одно обстоятельство, которое предшествовало его переходу в мир иной, тьфу, в иную реальность. Оба раза при наборе скорости в 183 километра один из цилиндров двигателя самопроизвольно вырубался, а спустя несколько секунд так же самостоятельно и ни от чего не зависимо впрягался в работу вновь... Скорость при этом, конечно, терялась, но пропадал при этом самый мизер, на четырехгоршковом двигателе это было бы гораздо более заметно. Видимо, "переход" происходил именно в этот момент работы на пяти горшках.

Костик похолодел. Дело однозначно было не только в скорости 183 км\ч. Дело было вообще даже не в скорости. Переносила Костика из реальности в реальности не только она. Играл с ним, кидая то туда, то сюда, шестицилиндровый двигатель, который стоял и на "Кседосе", и на "Камрюхе". Это, конечно, нуждалось в проверке, - а проверить можно было только на практике, никак не теорией...

- Переход происходит в тот момент, когда автомобиль достигает скорости в 183 километра в час, а у V-образного шестицилиндрового двигателя перестает работать один цилиндр. Количество переходов из реальности в реальность ограничено количеством цилиндров, - неожиданно услышал Костик знакомый скучный голос.

Ба, да это тело сержанта Широкова заговорило! Страдающий вынужденным бездельем честный гаишник от нечего делать прислушался к тем страстям, которые кипели внутри него, и нежданно-негаданно выдал.

"Заткнулся бы, экстрасенс-графоман хренов! - истерически взвизгнул Костик. - Не лезь не в свои дела, вали вон на трассу ловить нарушителей, тебя, я смотрю, от этого просто прет!"