После этого Костик спокойно так прошествовал на кухню, аккуратно вытащил из холодильника пакет с приготовленным для коллег угощением, заглянул в спальню, где все еще в обнимку с мусорным ведром шастал Павлик, мрачным голосом сказал: "Благословляю, бля" и вышел вон.
Через несколько секунд он уже сидел в своей "Мзде" и гнал на выезд из Москвы – без конкретного маршрута, главное, подальше от всего.
А еще через каких-то полчаса наступила другая, хрен знает какая жизнь, где Костик - вроде он сам, но в то же время и не он, и лучший друг-враг Павлик подкатывает не на своей убитой Audi-100, а на "Фокусе", похоже, тоже кредитном, почему-то вместо Костика называет Константином и спрашивает его, почему он оставил всех в ресторане...
- Ну так что, Константин, едем? - благожелательно спросил Павлик. И протянул так и сидящему на обочине Костику руку.
- И куда это мы едем? - настороженно осведомился Костик. Подняться-то он поднялся, только без Павликовой помощи. А руку подать все-таки опасался. И, на всякий случай, вообще прибрал за спину.
- Ты что, Константин, - укоризненно сказал Павлик. - Ничего не помнишь, что ли? Ну ты ж не пьян, в конце концов. Ты двадцать человек в ресторан загнал? Загнал. Сначала все просто изумительно было, - Павлик аж причмокнул от восторга.
"Да, действительно, изумительно, - согласился где-то внутри Костика Константин, который на "Камри". - Четыре тысячи долларов уже отдал, отпуском, считай, пожертвовал, еще бы не изумительно. Да еще и доплачивать придется. Феерично, можно сказать. И из двадцати этих человек мне граждан пятнадцать и вовсе не нужны..."