Спокойная жизнь кончилась в полдень шестого дня. Северяне проснулись от тревожного ворчания пардов.

Данил прислушался.

- Пеший, - негромко произнес он. - Один.

Но едва разбудивший их человек появился на поляне, светлорожденный убрал руку с меча. Сутулый старик ростом по плечо Руджу, тощий, лысый, как выяснилось, когда пришелец откинул капюшон. Остатки волос старикашка заплел в косицу и свернул на манер жителя Тайдуана, но одет по-здешнему.

Парды зарычали. Пришелец им не нравился. Но Данил не счел его опасным.

- Есть хочешь? - на аркинно спросил светлорожденный, верный обычаям.

- Благодарю... благородный воин! - ответил старичок... На хорошем хольдском.

Рудж недоверчиво оглядел пришельца от оловянного цвета косицы до коричневых сапог.

- Ты кто? - напрямик и довольно недружелюбно спросил он.

Данил никогда не позволил бы себе такой бестактности.

Но старичок ничуть не обиделся.

- Усик меня зовут, - ответил он добродушно. - Не осмеливаюсь спросить, что делают светлорожденный Империи и его друг в хуридском лесу.

- Позволь узнать, почему ты предположил, что я - светлорожденный? осведомился Данил.

Он уже жалел, что предложил пришельцу пищу.

- В благородном господине - кровь Асенаров! - старичок усмехнулся, обнаружив полный рот отличных зубов. - Я видел твоего родича однажды. А если б и не видел - твоя кольчуга, меч... Вагарова работа, верно?

И, усевшись на бревно подле костра, с невероятной быстротой принялся уплетать холодную грибную похлебку собственной, извлеченной из-за голенища, ложкой. Через пару минут котелок опустел.

Рудж и Данил, один - с удивлением, второй - восхищенно, наблюдали за исчезновением собственного обеда.

Старичок докушал, с сожалением поглядел на донышко и тщательно облизал ложку.