Я пошел к нему и протянул руку: я

- Добрый день, господин Перльмуттер!

- П-по-почему с-с-соб-ственно... - возразил он заикаясь.

- Фукс, принеси сию минуту ящик с пистолетами! - резко крикнул мой товарищ.

Я крепко сжал грязную руку, которую, наконец, протянул мне еврей, за- тем побежал к нашему служителю, взял ящик с пистолетами и подал его моему коллеге.

- Ты с ума спятил? - прошипел он. - Что тебе вздумалось болтать с этим болваном?

Первый уполномоченный, пруссак, представлявший собой внепартийное лицо, поговорил с секундантами, а затем отмерил длинными шагами дистанцию. Обоих противников пригласили занять их места.

- Господа! - начал пруссак. - Мой долг, как внепартийного, сделать хотя бы попытку покончить дело миром. Он сделал маленькую паузу.

- Я, п-п-пож-жалуй... - тихо заикнулся маленький еврей, - ес-сли...

Мой товарищ гневно взглянул на него и яростно закашлялся, так громко, как только мог. Еврей смутился и замолчал.

- Итак, противники отклоняют примирение, - быстро постановил внепартийный. - Я прошу их обратить внимание на мою команду. Я буду считать: раз, два, три. Противники могут стрелять между "раз" и "три", но отнюдь не до начала команды и не после "три".

Пистолеты были обстоятельно заряжены. Секунданты кинули о них жребий, и мой коллега подал один из пистолетов еврею.

- Господин Перльмуттер, - промолвил он официальным тоном, - я передаю вам оружие нашей корпорации. Вам делает честь, что вы решили завершить ваше столкновение по рыцарски-студенческому способу, вместо того чтобы бежать к судье. Я надеюсь, что и здесь, на этом месте, вы окажете честь нашему оружию.

Он всунул пистолет ему в руку. Господин Перльмуттер взял пистолет, но рука его так дрожала, что он едва мог держать в ней оружие.