Впрочем, сейчас Вадима удручало всё, а непроглядно хмурое небо вкупе с моросящим холодным дождём только добавляли ему безысходности. Господи, неслышно стенал он, изо дня в день – одно и то же! И так бездарно, тускло проходят годы, приближая позорный конец, венчающий бессмысленную жизнь. Не жизнь – прозябание. За какие грехи меня одарили столь многим, а потом забросили в душный мир, где всё это никому не нужно?
Как и обычно, под вечер Вадимом овладевала апатия, когда не хотелось ни двигаться, ни думать, – и приходилось заставлять себя идти быстрей, чтобы изгнать её, словно остеохондрозную боль. Или как волчью отраву, от которой, если верить классикам, единственное спасение – бег. «Хочешь быть здоровым – бегай, хочешь быть умным…» Н-да.
Впрочем, при быстрой ходьбе и вправду думалось лучше. И вспоминалось тоже. Что делать, в общем, невредно – хотя бы для тренинга. Ну, как же мы дошли до жизни такой?
А зачалась она не так давно, лет двенадцать тому, когда «наш паровоз» сделал остановку раньше планируемого, на всех парах влетев в тупик, где раскололся вдребезги. И очень много действительно несчастных людей вдруг оказались в положении той самой шлюхи, коей попользовались, да не заплатили, – то есть пораскинули мозгами и смекнули: выходит, нас изнасиловали?
Как и всегда, кинулись искать виноватых. Для начала низвергнули прежних кумиров, что само по себе неплохо, однако сопровождалось лишними разрушениями – вполне в духе этих прежних. К тому же, как известно, «свято место» не пустует, пока в нём нуждаются массы, – а уж заполнить его найдётся кому.