К сараю прислонили копья, мечи и палицы, рядом сложили кучкой доспехи. Не все сохранили оружие во время перехода. Растеряли его по дороге. Теперь его, наверное, и снегом занесло, так что и вернувшись ищи не ищи все равно не найдешь. Если только снег не примешься, как золотоискатель песок, просеивать сквозь сито. Сколько его в горах? Весной, когда большая часть его сойдет, на всю жизнь хватит и даже больше чем на всю жизнь.

Отряд выстроился возле командира.

Прежде изможденные лица солдат, походили друг на друга. Теперь, немного отдохнув, они вновь стали приобретать индивидуальные черты. Но уставшими они были страшнее. Тогда от них бы враг побежал, как от смерти, а сейчас нет. Придется лица прятать за масками и шлемами. Еще до того, как Аалон Хорден стал пересчитывать своих людей, он понял, что двоих не хватает.

Где Олаф и Грааб? — он окинул взглядом отряд, — Кто дежурил ночью? Два шага вперед.

Их встретили слишком радушно. Это было очень подозрительно. Пока он не допускал мысли, что его людей могли убить. Не так то это просто. Скорее, они сами отправились искать приключений на свою голову. В этой ли деревне или в соседней. Истосковались по женскому обществу, а здесь было на кого обратить внимание. Аалон Хорден вспомнил Дейру.

Где Олаф и Грааб? — повторил он. Это еще не дезертирство, потому что уйти здесь некуда, но отряд катастрофически терял дисциплину. Так и оглянуться не успеешь, как все разбегутся по окрестным домам, остепеняться и держать оружие больше не захотят.

Они ушли утром, — сказали стражники.

Аалон Хорден оставил эту информацию без комментариев. Он так и думал. Он проглотил эту пилюлю. От нее стало больно не в желудке, а на сердце.

Так, все за мной, — и быстро двинулся на противоположный край деревни, за которым располагалось пшеничное поле. Он еще не хотел искать беглецов. Пусть повеселятся. Свою порцию гауптвахты они получить еще успеют.