— Добрых снов, — эхом повторила девушка.

В комнате было тихо и спокойно.

— И, Ирана… Я думаю, тебе это будет интересно…

Ивейн долго молчала и наконец произнесла:

— Прошлой ночью в созвездии Северной Короны видели алый огонь.

* * *

— Доброе утро, милорд, — она присела в аккуратном реверансе и вполне по-светски улыбнулась.

Неделя — Светлый Боги, всего неделя! — и она спокойно щебечет в коридоре замка с Его Величеством, да еще и называет его просто "милордом" — редко кому достающаяся привилегия. А король спокойно и располагающе улыбается, и глаза у него сразу становятся теплые, понимающие… обманчивые.

— Доброе утро, Ваше Высочество, — он сделал ударение на последнем слове и подал ей руку. Ивейн издали с чувством удовлетворения на все это смотрит. Что ж, не так плохо, как могло бы быть… По крайней мере, девчонка вполне уверенно держится на каблуках…

За эту неделю Ирана так и не успела обойти все свои покои, но зато, стараниями Ивейн, обзавелась внушительным дамским гардеробом, прошла курс не слишком приятных процедур у косметолога, отсидела четыре часа в кресле парикмахера, прослушала вводную лекцию для придворных дам и даже съездила на небольшую конную прогулку в обществе Ивейн и Тейлора — молодого виконта, троюродного брата короля. К удивлению Ивейн (да и самой Ираны), она неплохо держалась в седле — по крайней мере, пока лошади не уходили в галоп.

Судя по выражению лица Его Величества, он тоже был бы не прочь развеяться, но по дурацкой легенде, предусмотренной истинным повелителем этого мира — этикетом, познакомиться жених и невеста должны были только на субботнем приеме. Почему-то считалось, что образ монарха должен был быть нелишенным романтичности.

Именно на сегодняшний вечер и был назначен дебют Ее Высочества. При одной мысли об этом у Ираны начинали подкашиваться ноги.

Тем временем Его Величество с энтузиазмом, достойным лучшего применения, разглагольствовал о погоде, похоже, не обращая никакого внимания на то, что девушке абсолютно плевать на атмосферное давление.