- Как скажешь, - кивнула она, понимая, что начиная с этого момента он не сможет больше игнорировать ее желания.

Но он все же выпустил ее руку, склонился над постелью и начал расправлять сбившиеся простыни.

- Иди отдохни. Уже поздно.

Подчиняясь приказу, она вышла. Что-то в словах Сайсифер явно его встревожило, это она поняла. По ее лицу блуждала улыбка. Наконец-то у нее появилась хотя бы маленькая зацепка. Ему было нужно ее молчание. Она настолько увлеклась размышлениями о том, как наилучшим образом использовать доставшийся ей крохотный кусочек власти, что даже не задумалась, почему он не хочет, чтобы слова его дочери вышли за пределы дома.

Тень Брэннога металась по противоположной стене, а он сидел и мрачно глядел на нее. Кто приближается? Что увидела во сне его дочь? Долгие годы он жил в страхе, что явится кто-нибудь из Замерзшей Тропы и заявит права деревни на ее провидческий дар. Однако сейчас девочка явно чего-то испугалась, но чего? Брэнног сжал кулаки и выпрямился во весь свой немалый рост, точно готовясь к драке. Шторм продолжал реветь, не обращая на него ни малейшего внимания. Деревенским придется переждать ярость стихии на берегу. Такая буря не может длиться долго. Он подумал об открытом море за пределами гавани, - свободное, не скованное берегами, оно распоряжалось жизнью и смертью всех обитателей деревни. В такую погоду никто не явится сюда по воде.

Зима в этом году выдалась суровая: таких ветров и морозов не помнили даже старожилы Зундхевна. Гора, к подножию которой прилепилась кучка каменных домов, довольно хорошо защищала их от дождя и снега, обрушиваемого ураганным ветром то с вершины, то с моря. Непогода изрядно потрепала и без того небольшую флотилию Зундхевна - лодки уходили в море и не возвращались, гибли люди. Местные рыбаки, с детства привыкшие к суровому климату, редко становились жертвами ненастья, однако в этом году все оборачивалось против них, как будто злой рок преследовал деревню.