Тон ее по контрасту с эпическим повествованием Микара куда более будничный, ибо для нее это приключение — самое обычное дело. Таких поездок она совершает по десятку в год, а то и более. Правда, по счастью, в большинстве своем они проходят не столь бурно.

— Верно ли я понимаю, о рыжеволосая гордость Логова, — перебил ее кузнец, — что этот подлец, как ты его назвала? Раззак? — пытался всучить пресловутые арканы другому покупателю?

— Ну, еще бы! — Соня усмехается, вспомнив эту сцену. Тощий маленький купчишка с огромным носом и горящими глазами, который, жестикулируя, объясняет что-то высоченному, похожему на жердь незнакомцу в костюме провинциального мага… Ибо кто еще, кроме сельского некроманта, станет украшать свой балахон таким количеством звезд, полумесяцев и прочего ничего не значащего барахла. В общем, осознав ситуацию, Соня не стала тратить время на разговоры. Просто, соскочив с подоконника, куда опустилась по веревке с крыши, схватила со стола вожделенные листы пергамента и сиганула вниз, где заранее, оставила дожидаться свою верную каурую лошадку.

Не рассчитала только того, что покупатель явился не один, а с хорошей охраной. Так что не успела Соня оглянуться, как на хвосте у нее уже повис десяток самого грозного вида солдат… да еще сам маг и оскорбленный в лучших чувствах купец со своими прихвостнями. Ей удалось оторваться от них лишь на считанные мгновения, чтобы заскочить в дом к давешнему магу-недоучке. Тот, осознав, что вляпался в какую-то крупную историю, попытался, разумеется, сделать вид, что не понимает, кто перед ним и чего от него хотят, а все, на что он способен — это в лучшем случае навести чары на дом какой-нибудь тетушки Мины, чтобы пыль по углам не садилась и молоко не кисло.