«Ну и дельце мне досталось… Самое непонятное, конечно, с этим „седым“. Если верить врачу, то за время, которое прошло после его прыжка из окна и до первых автоматных очередей, он успел утонуть и вернуться назад… Шустрый малый, ведь у него от силы были две секунды. А может, здесь все как-то связано с аномалиями во времени? Для нас это две секунды, а для него целая вечность, не зря он так быстро вскочил с пистолетом? Хотя, если „они“ умеют читать мысли на расстоянии… Постой, давай сначала разберемся со временем. Ведь вполне возможно, что наша планета попала в полосу, где существуют пространственно-временные аномалии… Куда я забрался? Узнал бы об этих „сумасшедших“ гипотезах мой шеф…»

Раздался звонок.

Мишутин протянул руку к укрепленному на стене рядом с креслом телефону.

— Здравствуйте, Александр Сергеевич, — раздался в трубке голос генерала Судько.

— Здравствуйте, Владимир Григорьевич, — сказал полковник и подумал:

«Легок на помине».

— Я позвонил в институт, мне сказали, что ты уже улетел. Поступило сообщение из Ленинграда. Там зарегистрировано еще одно появление «их».

— Хорошо, товарищ генерал, позвоните в Ленинград, пускай встречают на аэродроме.

— Как с институтом?

— Ничего хорошего. Нам не удалось взять «языка». Есть раненый.

— Ладно, потом расскажешь. Появились какие-нибудь идеи?

— Есть, но уж больно они «сумасшедшие».

— А тут, наверное, больше никакие не подойдут. Счастливо. До свидания.

— До свидания, товарищ генерал.

Мишутин нажал кнопку в ручке кресла, и в салоне появилась симпатичная стюардесса.

— Танечка, зайдите, пожалуйста, к пилотам и скажите, чтобы они взяли курс на Ленинград. Да, приготовьте мне чашечку кофе, покрепче.