— Солги. Правды он не узнает. Давай прямо сейчас.

Он оставляет меня. Разговор окончен. Я возвращаюсь.

— Ты уже пришел? — спрашивает Красс.

— Да. Похоже, Цезарь ждал меня у дверей. Твое пальто… его не сожгут. Тебе его вернут, когда будешь уходить, если… если ты их попросишь об этом.

Павел, который собирался бросить кубик, замер с поднятой в воздухе рукой и уставился на меня:

— И ты ему поверил?

— Цезарь ему так сказал, — проговорил Клавдий со значением.

— Ну, если Цезарь сказал… — повторил Павел.

За ужином обстановка крайне напряженная. Цезарь 1 встает с многообещающей улыбкой на лице. Красс спокоен. Я чувствую себя виноватым перед ним. Но Цезарь прав. Когда Красс вырастет, он сможет понять и принять правду. К тому же меня уже не будет рядом и он не сможет меня упрекнуть за то, что было. Я «сломаюсь» задолго до этого.

Все ребята сидят на своих местах и ждут в абсолютной тишине. Цезарь 1 начинает:

— Первое: Кезон и Децим подрались. Наказание: 24 часа холодной комнаты. Исполнение: немедленно. Второе: Красные вмешались слишком поздно. Наказание: круговая пощечина. Исполнение: сегодня в 8 часов вечера в спальне. Приятного аппетита!

Децим и Кезон встают и идут за Цезарем 5. Они с трудом сдерживают слезы. Я испытал это наказание на себе. Между собой мы называем его холодильником. В этой темной тюрьме температура никогда не поднимается выше нуля градусов. Там они смогут многое понять о себе и друг о друге. Для того чтобы выжить, им придется стать заодно.

Цезарь поднимает вилку. Можно начинать отсчет. За столом старших все обмениваются взглядами: кто гневными, кто — безразличными или смиренными. Красс шепчет мне на ухо:

— Тебя не было там, когда все произошло. Ты ничем не рискуешь.

— Я тоже Красный, поэтому это касается и меня.

Малыш смотрит на меня с ужасом.

— Ничего не понимаю! — он выдерживает паузу и спрашивает снова: