А по его внешнему виду и не подумаешь. Неприметный мужик, похож на рядового инженера, из которых и вышел. Мы с ним закончили один и тот же институт, но с разницей лет в пятнадцать. Одеваетсяхоть и дорого (жена заставляет), но шмотки не смотрятся на нем, такое впечатление, что купил на распродаже секондхенда. Правда, когда жена оставляет его без присмотра, у шефа сразу появляется что-нибудь ярко-красное — галстук, носовой платок, шарф или, на худой конец, носки, которые быстро изымаются секретаршей и по совместительству любовницей. И машина у него не по чину, тем более, серого цвета. Единственная роскошь в ней — тонированные стекла, да и те поставлены по моему требованию. Я не менее разав неделю намекаю шефу, что пора купить что-нибудь поприличнее, типа «БМВ» — Боевой Машины Вора. На таких сейчас кто только не ездит, а шеф, как я догадываюсь, нахапал немало. Не удивлюсь, если он не знает, сколько у него денег.

Шеф откладывает газету на сиденье и произносит:

— Так говоришь, нагло вели себя?

Я еще ничего не говорил, но не отказываюсь:

— Не то слово!

— И содрали десятку?

— Да.

Он ждет, что я потребую компенсацию. Если бы я умел это делать, то сидел бы на его месте. А я молча веду его машину.

— А с меня требуют триста долларов, — сообщает он.

— В месяц?

— Говорят, что разовая акция. Но ты же знаешь их: стоит дать раз, потом не отвяжешься.

— А может, лучше отстегнуть? Они ведь не отстанут.

— Отстанут. Поймут, что через вас меня не достать, и оставят в покое.

— Вам виднее.

— Да, — скромно соглашается он. — Если бы я всем отстегивал, давно бы нищим стал. Чиновникам дай, налоговой дай, бандитам дай, милиции дай…

— …телохранителю дай, — продолжаю я, — на бензин.

Когда он принимал меня на работу, сразу сообщил, на какую сумму я могу тратить бензина в месяц.