Я на бегу подхватил его пистолет ТТ, на всякий случай — за ствол. За углом здания киллера поджидали белые «жигули» пятой модели, которые сразу же рванули, едва он оказался в машине. Номер я запомнил, стрелять вдогонку не стал: не в киношке снимаюсь.

Шеф лежал на заднем сиденьи, уткнувшись лицом в спинку. Я подобрал гильзу от своего пистолета, давая шефу время проникнуться мыслью, что хороший телохранитель дорого стоит. Решив, что воспитательная работа не прошла бесследно, открыл дверцу и произнес:

— Все в порядке, выходите.

Шеф сел, поправил галстук и зачем-то собрал газеты: обычно он оставлял их мне.

— Все в порядке, говоришь?

— Да.

— Ну, ладно, — как будто после долгих уговоров, согласился шеф и выбрался из машины.

Он послушно, не высовываясь из-за меня, как делал обычно, прошел до входной двери, кивнул охранникам, которые с газовыми пистолетами поджидали нас в фойе. Лучше бы не показывали свои пугачи, а то бандиты примут за боевое оружие и прибьют ни за что.

— Кто стрелял? — спросил один из охранников, мой ровесник, бывший старший лейтенант внутренних войск.

— Все в порядке, — кивнул шеф и помчался еще быстрее.

— Пацаны петарду взорвали, — предложил я свою версию.

Охранники не поверили, но и вмешиваться в чужие дела не стали, вернулись за барьер, где им положено бдить до конца рабочего дня.

В свой кабинет шеф буквально влетел, позабыв поздороваться со своей очень личной секретаршей. Упав на стул за рабочим столом, он сразу расслабился и как бы стал выше ростом.

— Все в порядке, — в третий раз повторил он, уставившись пустыми глазами на телефон. Когда в глазах появилось немного смысла, шеф бросил: — Свободен до вечера, — а когда я был уже возле двери, позвал: — Иди сюда, — он достал из бумажника все, что там было, — на бензин.