- Мне придется ехать в чертову Новую Англию!

- Сейчас?

- Я буду последним сукиным сыном!

- Сейчас, Клей?

- У него есть друзья! У этого немытого, изъеденного блохами мозгляка есть влиятельные покровители. - Я вскочил на ноги и свирепо уставился на телефон:

- Почему? Почему у этого вшивого ничтожества оказались заступники, с которыми надо считаться? Почему я должен тащиться черт-те куда в Новую Англию из-за того, что этот никчемный замухрышка неприкасаем?

Я мог бы продолжать в таком же духе словоизвержения еще сколько угодно, но раздавшийся как гром среди ясного неба звонок в дверь остановил меня.

- О Боже! Еще один!

Я ринулся к двери и столкнулся с Билли-Билли, бежавшим с безумными от ужаса глазами мне навстречу. Мы налетели друг на друга в холле между столовой и спальней. На нем лица не было.

- Копы, - прошептал он. - Это, дол-должно быть, ко-копы! Г-где я мог бы спрятаться?

- Держись подальше от спальни! - рявкнул я и огляделся. Ванная комната была слева, а совмещенный кабинет и музыкальная комната - справа. - Иди туда, - показал я в сторону кабинета. - Да заходи же скорее!

Он торопливо вскочил в кабинет, я за ним. Одну из стен закрывал стеллаж, на котором выстроились в ряд проигрыватель, магнитофон, усилитель. Пространство под стеллажом я использовал для хранения чего надо, а закрывалось оно раздвижными дверцами. Я оттолкнул одну, закинул валявшееся там барахло подальше в угол и скомандовал:

- Залезай. И сиди тише мыши, пока я не стану тебя искать!

- Спа-спасибо, Клей, - пискнул он и неуклюже полез головой вперед.

Мне пришлось сделать усилие, чтобы удержаться и не дать ему хорошего пинка. На его счастье, побоялся, что он сломает своей башкой что-нибудь из дорогого оборудования, которое хранилось там. Так что я дождался, когда он втиснется в норку, и задвинул дверцу.