Это не помогло. Их по-прежнему было двенадцать.

Последнее столкновение с южанами стоило Варягу слишком дорого. Одна стрелка на Арбате унесла столько боеприпасов, что лучше не вспоминать. Там неожиданно появились какие-то силовики и принялись крошить всех без разбора, не жалея патронов.

Пришлось отстреливаться, но много людей осталось там, и оружие тоже осталось, а в нем - неиспользованные патроны, последние, из НЗ.

Это было серьезное дело. Бандиты делили центр города. Но силовики опять доказали, кто хозяин внутри Садового кольца. Доказали так убедительно, что Варяга до сих пор трясло.

А расслабляться было некогда. Вконец оборзели дачники, и смотрящий на Истре срочно требовал подкреплений. Даже сквозь помехи по рации было слышно, что он в панике, и Варяг решил ехать к нему сам.

Никому нельзя доверять. Если он своей рукой не наведет порядок, то никто этого не сделает.

И Варяг приказал заводить свой джип.

Но шофер только развел руками.

- У меня пустые баки, - сказал он, преданно поедая босса кристально честными глазами.

- Как пустые?! - побелел Варяг. - А канистра, которая осталась с прошлого раза?

- Но это же две недели назад было! - воскликнул водила с некоторой даже претензией.

В самом деле, это же абсурд - надеяться, что пятнадцать литров чистого спирта останутся в неприкосновенности на протяжении двух недель. Да их выпили уже в первые четыре дня. Сначала развели по паре стопок на рыло, а потом решили - да хрен с ним с ведром! Все равно на нем далеко не уедешь.

Осталось после опохмела литра три, но их тоже допили постепенно. И Варяга не боялись, что характерно. Алкоголь - это святое. За выпивку добрые люди кого хочешь уроют - будь он хоть трижды вор в законе. После водочного бунта в этом уже никто не сомневался.

Поэтому и звучала в голосе бандитского шофера искренняя обида. Со стороны Варяга было как-то даже бестактно вспоминать о канистре со спиртом, оставленной в гараже две недели назад.