- Что? - подал голос д'Аверк. - Вы сражались?

- Насмерть, - мрачно ответил Хокмун. - Он прятался в камышах... Боюсь, господин Тозер прибыл в Камарг с недобрыми намерениями. Думаю, это шпион.

- С какой стати Эльверезе Тозеру, величайшему драматургу мира, становиться шпионом?

Этим словам, сказанным Тозером в презрительном тоне, как-то недоставало уверенности.

Богенталь закусил губу и позвонил слуге.

- Это вам предстоит объяснить, сэр, - весело сказал Хьюлам д'Аверк и притворно закашлялся. - Прошу прощения: легкая простуда. В замке полно щелей, и такие сквозняки гуляют...

- Я бы также хотел объясниться, - ответил Тозер, - если, конечно, найду щелочку для себя. - Он выжидательно взглянул на них. - Щелочку, которая помогла бы нам забыть о щели, если вы меня понимаете...

- Посмотрим, - отозвался Богенталь и приказал вошедшему слуге принести вина. - Вы голодны, господин Тозер?

- "Я буду есть хлеб Бабеля и мараханское мясо..." - мечтательно ответил Тозер. - "Ибо все, что подают дураки, просто..."

- В этот час мы можем предложить вам сыру, - с иронией прервал его д'Аверк.

- "Анналы", акт шестой, сцена пятая, - сказал Тозер. - Помните эту сцену?

- Помню, - кивнул д'Аверк. - Мне всегда казалось, что эта часть слабее всего остального.

- Утонченнее, - важно ответил Тозер. - Утонченнее.

Слуга принес вино. Без зазрения совести Тозер налил себе полный кубок.

- Смысл литературы, - сказал он, - не всегда понятен простым людям. Через сто лет они поймут, что последний акт "Анналов" - это, на самом деле, не плохо продуманное и написанное в спешке произведение, как посчитали некоторые тупые критики, а сложная структура...

- Я тоже немного пишу, - сказал Богенталь, - но должен признаться, что и я не увидел никакого скрытого смысла. Может быть, вы объясните нам?

- В другой раз, - сказал Тозер, безразлично махнув рукой. Он выпил вино и снова налил полный кубок.