– Очень красив.

Гофанон несколько раз помахал в воздухе красным мечом, и металл загудел.

– Его надо еще как следует закалить, но он почти готов. Ему еще предстоит получить имя, но этим ты займешься сам.

– Я сам?

– Конечно! – Гофанон весело рассмеялся. – Конечно! Это твой меч, Корум. Это с ним ты поведешь мабденов в битву.

– Это мне? – окончательно растерялся Корум.

– Наш дар тебе. Сегодня вечером после праздника мы вернемся сюда, и твой меч будет готов. Он будет тебе хорошим другом, этот меч, но он даст тебе всю силу лишь после того, как ты назовешь его.

– Это великая честь для меня, Гофанон, – сказал Корум. – Я и не предполагал…

Огромный карлик сунул клинок в чан с водой, и он зашипел.

– Половину его сделал сид, половину – мабден. Меч для тебя, Корум, вышел что надо.

– В самом деле, – согласился принц. Он был глубоко тронут словами кузнеца. – Ты в самом деле прав, Гофанон. – Повернувшись, он смущенно посмотрел на улыбающегося Хисака. – Я благодарю тебя, Хисак. Спасибо вам обоим.

И тут Гофанон сказал тихо и как-то загадочно:

– Хисак совсем не напрасно назван Солнцекрадом. И еще надо будет спеть песнь меча и поставить клеймо.

Уважая эти ритуалы, хотя втайне считая, что они не имеют значения, Корум с почтением кивнул. Он не сомневался, что ему оказана высокая честь, но никак не мог понять ее истинную природу.

– Я еще раз благодарю вас, – серьезно сказал он. – У меня нет слов, потому что язык слишком беден, чтобы передать те чувства, которые я хотел бы выразить.

– Обойдемся без слов, пока не придет время назвать меч, – хрипло, но разборчиво произнес до сих пор молчавший Хисак.

– Я шел к тебе, Гофанон, посоветоваться по другому поводу, – сказал Корум. – Илбрек недавно упомянул о каких-то возможных союзниках. Интересно, что ты думаешь об этом?

Гофанон пожал плечами.