— А может, они будут друг друга гасить?

— Блаженны верующие и плачущие. — Богослов не остался в долгу, видимо, не зря так прозванный.

Я, конечно, не понимал, о чем они. Только потом узнал о легендарном свойстве Богослова «цеплять» окружающие предметы. Вокруг него все падало, разбивалось, рвалось, горело, стреляло без повода и так далее. В общем, спать с ним в одной палатке или просто рядом никто не решался — вдруг от ботинок наутро останутся одни подошвы?

К концу обеда пожаловали еще трое. Рюкзаки уже пришлось оставлять на улице, избушка едва вмещала пятнадцать человек, из которых половина была совсем не маленького размера. Когда все наконец устроились впритык друг к дружке, встал Серега и произнес:

— Господа, у нас пополнение. — Он показал на Леху. — Это Алексей. Мой хороший знакомый. Друг, можно сказать.

— Ну, если можно, так и скажи, — весело вставил один из последней троицы. У него была короткая борода и хорошо развитые мышцы шеи. Я подумал, что он профессиональный спортсмен. Вроде штангиста Правда, мне казалось, штангисты не обладают чувством юмора — это очень серьезные люди.

— Ладно, — согласился Серега. — По просьбам публики — мой друг Алексей, прошу любить и жаловать, я за него ручаюсь.

Кроме Лехи и меня, было еще пополнение. Парня звали Йован — настоящий живой серб из Косова, к нам приехал по обмену опытом — так сказал человек, который его представил. Сам он носил имя Ярослав, и позывной у него был соответствующий — Премудрый.

До вечера я перезнакомился со всеми. Это было важно. Уже на рассвете мы окажемся там, где стреляют без предупреждения и нападают со спины, убивают, не спрашивая имени. Я хотел знать, что за люди вокруг меня и что для них гибель моего отца Вадим рассказывал, отец спас тогда отряд, прикрывая собой их отход. Они попали в ловушку, и кто-то должен был это сделать, чтобы не погибли все. Я бы ни за что не признался, но мне ужасно хотелось, чтобы они оказались достойными жертвы отца.