Потом Эд взял трубку, и я рассказал ему, что произошло.

— Прекрасно! — обрадовался он. — Найди его. Найди его и спрячь где-нибудь понадежнее. Сбор правления в девять часов в конторе Клэнси Маршалла. Отыщи Билли-Билли, припрячь его и будь у Клэнси в десять. После собрания ты сможешь отвезти его к бабушке.

— Он убежал перепуганный насмерть, Эд. Одному Богу известно, куда его понесло.

— Должен же он где-то приткнуться. Тебе известны его привычки, ты знаешь людей, с которыми он водится. Он должен к кому-то из них отправиться. Найди его! И приходи к Клэнси в девять.

— О'кей, Эд, — ответил я, повесил трубку и состроил огорченную гримасу Элле:

— Теперь я должен разыскивать этого дурня. Пожалуй, тебе лучше лечь спать. С сегодняшней ночью нам не повезло.

— Разве ты должен ехать прямо сейчас? — спросила она. — И никак не смог бы задержаться на пару минут?

Встревоженное выражение исчезло с ее лица, глаза лучились, и она определенно давала понять, что у нас снова все как надо.

— Считаю, я вовсе не должен мчаться прямо сейчас. Можно дать возможность законникам чуть-чуть расслабиться.

— Вот и чудненько.

Я ушел от нее через полчаса.

Глава 2

Снаружи был город, и он вонял. Воздух жаркий и влажный. Дышалось с трудом.

Я подумал о Граймсе и о тех ребятах, которых он оставил где-то напротив в надежде, что я приведу их к Билли-Билли Кэнтелу. Я в одиночестве шагал по улице, большинство окон в домах были темны. Лишь на верхних этажах были освещены несколько квартир. По обе стороны улицы отдыхали машины. Меньше чем через четыре часа, в восемь утра, они все уберутся — вступит в силу запрещение на парковку. При дневном свете машины, должно быть, отличались окраской — от нежно-розовых до голубых и других пастельных оттенков, но сейчас, в четыре часа утра, в душной тьме ночи все они казались черными. Даже отблеск хромированных деталей был приглушен.