— Спа-спасибо, Клей.
Когда мы оба уселись, я потребовал:
— Рассказывай. В чем дело?
— Меня по-по-подставили, Клей! Кто-то устро-устроил мне скве-скверную ловушку.
— Каким образом? Изложи все по порядку, Билли-Билли, и возьми себя в руки, наконец!
— По-попробую, Клей, — пообещал он. Было видно, бедняга и впрямь старается изо всех сил унять дрожь. И ему это почти удалось.
— Я сегодня днем чу-чуток перебрал, — забормотал он. — Удачно тол-толкнул товар и ре-решил встряхнуться, рас-рас-слабиться. И зас-заснул, а проснулся в той ква-квартире. И там была эта дев-девка. Кто-то за-за-зарезал ее ножом.
— Ты?..
Он весь сжался, в глазах метнулся испуг.
— Не-нет, Клей. Клянусь, не я. Я не но-ношу с собой нож, я не из тех...
— Откуда ты знаешь, что делаешь, когда ты под глубоким кайфом?
— Я тогда просто засыпаю. За-засыпаю, честно. Спро-спроси кого угодно...
— Значит, на этот раз ты поскользнулся, нарушил свое правило!
— Не-нет, нет!.. Я да-даже не зна-знаю эту девку, — еще больше заикаясь, торопливо выговорил он. — Я не мо-мог бы ни-дикого убить. Клей!
Я вздохнул. Девочка все еще ждет меня, а тут... этот никчемный заика. На столе обнаружилась пачка сигарет. Я вытряхнул одну, закурил и вздохнул:
— Ну ладно. Ты не убивал ее.
— Не-не-нет, Клей!
— Где эта квартира?
— Не-не знаю. Я про-просто убежал от-оттуда со всех но-ног.
— Кто-нибудь видел, как ты сматывался?
— Не-не думаю. Но когда я доб-добрался до угла, я заметил, что пат-патрульная машина оста-остановилась перед домом. Тот тип, что под-подставил меня, должно быть, со-сообщил им.
— Ты стер свои отпечатки пальцев с дверной ручки и других мест, когда уходил?
— Я бы-был слишком по-потрясен, Клей. Я даже за-за-был там свою шля-шляпу...
— Шляпу?
О Господи! Я помнил эту шляпу. Маленькая дурацкая клетчатая кепочка, вроде той, в которой Хэмфри Пенни-верт ведет свои воскресные юмористические шоу. Но кепка у Хэмфри торчит на макушке, а у Билли-Билли она слишком велика, тоже клетчатая, в красных тонах и спадает ему на уши. Билли-Билли, вероятно, боится, что потеряет ее, когда отключается, так что он с идиотской старательностью написал на подкладке свое имя и адрес несмываемым карандашом.