- Почему ты решил, что я - рыцарь? - удивился тот. - Потому что там, на перекрестке, вороны клевали чью-то павшую лошадь. Вот я и решил, что хозяин ушел недалече по такой слякоти, - объяснил Старик. - А ты прозорлив, - усмехнулся Ридар и сдвинулся по бревну, давая место гостю. - Одно не пойму, сам-то из лесу вышел, а знаешь, кто нынче у падальщиков на ужин. Впрочем, я уже ничему не удивлюсь. Ты садись, Старик. Держи-ка, согрейся малость! - Благодарю, путник-странник! Да вознаградят тебя боги! - с этими словами гость приставил посох к высившемуся тут же морщинистому дереву и уселся рядом с хозяином кострища, подобрав полы грязного выцветшего от времени и солнца дорожного плаща. Потом он принял обеими руками, как велит обычай, баклажку и щедро вылил ее содержимое в рот, более похожий на хищную волчью пасть. Ридар покосился на топор, что был у него за бревном по левую руку. "Пустое! - успокоил он себя. - Дед, конечно, не слабак, но на татя не похож..." Старик фыркнул, отер усы и бородищу, огладил ее, стряхивая капли браги, и вернул флягу Ридару. - Многие отвернулись от старой веры, - сказал он затем, - а ты, должно быть, ездил к самому великому Ясеню. - Да, я оттуда, и я держусь веры предков моих, и силы прошу у истинных богов наших, - подтвердил Ридар неохотно и, не вставая, подложил в огонь сучьев. - Добро, - вроде обрадовался его гость. - Но в телеге прошлого далеко не укатишь. - И так же плохо, коли за спиной пустота, - возразил Ридар, оглядывая Старика. Долговязый гость оскалился, покачал головой, и снова протянул руки к пламени, разве что не в самый костер залез. А руки были мощные - жилы, как толстые тетивы - только еще белее, чем сами ладони. - Ты ведь не из местных? - спросил Ридар Старика. - Ну и что? Тут все окрест мне хорошо знакомо, настоящих драконов здесь нет - а мелочь всю повывели, - неожиданно откликнулся тот, - и Орма, которого ты желаешь найти, тут тоже нет.

* * *

... Не успел я выйти за порог, а меня тут же потянуло обратно, к твоему окну, Марианна, и я чуть ли не за волосы развернул себя в сторону своей усадьбы.