— Прости, Вер, я не хотела тебя обидеть. — Сервилия изобразила, что смутилась. Очень хорошо изобразила, почти натурально. Но Вера она обмануть не могла. Эту женщину ничто не могло смутить.

В дверь постучали — явился мальчишка-посыльный от Тутикана, чтобы передать папку с клеймами. Войдя, мальчишка уставился на Сервилию и не мог оторвать взгляда. До чего красива! Везет гладиаторам, их посещают настоящие богини. Он тоже будет гладиатором, когда вырастет. Одно его смущало: прежде чем стать гладиатором, человеку надо сделаться убийцей. — Очнись, приятель, — Вер похлопал мальчишку по плечу и взял папку.

Быстро пробежал глазами список покупателей.

Опять какой-то жирный богач просил избавить его срочно от подагры. Лучше бы не ставил в своем пожелании слова «срочно», ибо в этом случае обычно бывает только одно средство — нож убийцы или летящая на полной скорости машина. Или во сне ожиревшее сердце перестанет отсчитывать удары. Трое молодых патрициев (возможно, друзья) просили излечить их от сифилиса. Здесь проще — если Вер победит, то утром в дверь к троим счастливцам постучит центурион вигилов в сопровождении медика из Эсквилинской больницы и отправит молодых шалопаев под конвоем для прохождения принудительного лечения. Какая-то дурочка просила богатого муженька. Она его получит — на месяцок-другой. А потом он окажется в карцере за растрату. Это закономерность, когда так приспичило замуж.

Физик Норма Галликан (дочь или племянница прежнего префекта претория) просила «оградить ее жизнь от покушений». Неужели занятия физикой так опасны?

Среди заказчиков было одно знаменитое имя — Марк Габиний, популярный актер, всадник, просил вернуть его сына под родной кров. Неудачная фраза, слишком расплывчатая и неопределенная. Странно, что Марк Габиний сам записал желание, не прибегая к услугам «формулировщиков». Спору нет, они берут огромные деньги, порой формулировка стоит дороже клейма. Но такой человек, как Марк Габиний, мог бы к ним обратиться. «Формулировщики» придумают круглую фразу, обкатанную, как морская галька, ни одной буквочки, за которую мог бы зацепиться коварный бог Оккатор, расстраивающий людские замыслы.