Она колебалась, спускаться ли со скалы. Ей не хотелось будить спящего и проводить время за разговором. Не потому, что он мог оказаться каким-нибудь совершенно безвредным туристом, а потому, что он непременно окажется кем-нибудь абсолютно неинтересным. Тем не менее, она продолжала размышлять и практическим путем пришла к еще нескольким выводам.
— Он, наверное, турист. Местные жители вряд ли проводят свою сиесту на скалах. Они уединяются дома и закрывают все окна. И он не может быть рыбаком или кем-нибудь подобным: те не тратят время, подремывая. Так делает только команда чернокостюмщиков. Пусть он называется торговцем или банковским клерком. Но ведь они обычно проводят выходные вместе со своей семьей. Это — пташка из отряда одиночек. Школьный учитель? Нет. Школьные учителя не сбегают со службы до конца июля. А что если он — студент колледжа? Как раз конец семестра. Очевидно, этот джентльмен неопределенного рода занятий. Возможно, он турист, как и я, правда его костюм не подходит для путешествий. — Сейчас она поднялась повыше и смогла совершенно отчетливо разглядеть, что на лежавшем темно-синий костюм. — Ладно, я не могу определить его род занятий, но не сомневаюсь, что д-р Торндайк смог бы сделать это сразу. О, конечно! Какая же я дура! Он, должно быть, человек от литературы или нечто вроде этого. Они проводят время в мечтаниях и не позволяют своим домашним их беспокоить.
Сейчас Гарриэт находилась в пределах нескольких ярдов от того места, где он лежал, и пристально всматривалась в спящего. Он некрасивой кучей лежал на самом краю скалы, обращенном к морю, его ноги были подняты, демонстрируя бледные розовато-лиловые носки. Его голова, вжатая в плечи, была невидима между ними.