Она кивнула тем служащим, у кого не было другого выбора, кроме как корячиться именно здесь. Впрочем, все они уткну­лись своими носами в бухгалтерские книги и какую-то перепис­ку, так что никто не обратил на нее внимания. Как и всегда. Воз­можно, это и было причиной выбора такого фасада.

К офису агентов вел короткий пролет лестницы, и здесь Эли­за почувствовала, что снова может дышать, отделавшись от зат­хлого духа старых и мертвых вещей. Кабинет за дубовой дверью был обставлен довольно утилитарно, но выглядел вполне при­ятно. Здесь в правильном порядке стояло двенадцать обитых сверху кожей письменных столов, и, как всегда, взгляд Элизы сразу же привлек единственный стол, не заваленный кипой вся­ких бумаг. Она никак не могла смириться с тем, что красивое лицо Гаррисона больше никогда не встретит ее здесь своей улыбкой. Уже никогда.

Тихонько прикрыв за собой дверь, она направилась к соб­ственному столу, стараясь не тревожить коллег-агентов. В дан­ный момент здесь находилось только двое из их команды — все остальные были задействованы в полевых операциях, где пря­мо сейчас хотелось бы находиться и Элизе. А в этой комнате проводилась как раз вся ненавистная ей бумажная работа. Агенты старались уклоняться от нее всеми возможными спосо­бами. Агент Хилл из доминиона Канады что-то лихорадочно пи­сал в своей учетной книге, стараясь как можно скорее вырваться из этого офиса, но ее коллега из Австралии, агент Кэмпбелл, откинулся на спинку стула и улыбнулся вошедшей Элизе.

«Только не сегодня, пожалуйста, только не сегодня», — подумала она.

Но мольбы ее остались без ответа.

—   Добрый день, Лиза.

Брюс был довольно привлекательным мужчиной: высокий, темноволосый, с зелеными глазами — в принципе, как раз та­кой тип мужчин ей и нравился. Единственное, что полностью убивало возможность романтических отношений с ним и нагляд­но демонстрировало то, чего на самом деле требовала истинная натура Брюса, — это его неизменно неудачные попытки пошу­тить. Он, вне всяких сомнений, был настоящим мерзавцем.