Элиза Д. Браун ненавидела ошибаться, но в трусости и малоду­шии обвинить ее было нельзя. Она добралась до ряда одно­этажных складов на правом берегу Темзы и как можно быстрее перешла на другую сторону улицы. «Ожидание хуже всего», — говорила она себе. Сама она считала, что от последних остат­ков совести она избавилась уже много лет назад, но события последней недели показали, что это мнение ошибочно.

Серьезная четкая надпись над открытой дверью склада в са­мом начале непрерывного ряда зданий гласила: «Агентство древностей Миггинса. Самый лучший импорт из империи». Че­рез большие ворота, которые вели в помещения для распаков­ки и хранения товаров, въезжали груженные до самого верха повозки, тогда как рабочие и покупатели попадали в демонстра­ционный зал и контору через двери поменьше. Элизе внезапно стало как-то зябко, и она, запахнувшись поплотнее в свое тви­довое пальто мужского покроя, вошла внутрь, воспользовав­шись как раз вторым входом.

Как всегда, первым делом она ощутила этот заплесневелый запах старинных артефактов. Она замотала головой и тонко, словно кошка, чихнула. Господи, здесь на первом этаже всег­да было очень пыльно. Слава богу, что ее офис находится в другом месте. Это просто фасад министерства, но при чем же тут импорт? Почему, например, не парфюмерия или какой-нибудь бутик?

Или, скажем, пекарня. Вот это было бы поистине боже­ственно.