Он подождал, пока она сядет за стол, а затем объявил:

—   Толстяк сверху хотел тебя видеть.

—   Ты имеешь в виду доктора Саунда? — резко бросила в ответ Элиза.

Агент Кэмпбелл помахал ей рукой.

—   Называй его как хочешь — для меня он всегда будет тол­стяком. Надутый чертов хлыщ. — Он вытащил листок бума­ги и хлопнул им по столу перед ней. Элиза узнала ровный по­черк мисс Шиллингуорт. Там было написано:

Ровно в 9 часов. Пожалуйста, не опаздывайте.

Элиза прокашлялась, встала и вытянула из кармана жилета свои часы.

—   Вероятно, хочет поздравить меня с успешным выполне­нием последнего задания.

Было 9:03. Проклятье.

Вылетая из офиса, она еще успела услышать, как Брюс не­доверчиво фыркнул. Лифт, на котором можно было попасть на другие этажи здания, был спрятан за дубовыми панелями в конце коридора. Элиза проскользнула через секретный вход, вставила в замочную скважину висевший у нее на шее кро­шечный ключ в виде медальона и нажала на кнопку вызова. Пока она под глухой гул двигателей и шестеренок стояла в ма­ленькой прихожей, мысли в ее голове лихорадочно метались.

Директор министерства комментировал результаты опера­ций только в двух случаях: если они прошли невероятно глад­ко и успешно, либо если они закончились полной катастрофой. Предыдущие операции Элизы всегда завершались успешно, но никогда не проходили гладко — это был далеко не первый раз, когда ее вызывали наверх, в кабинет директора.

Набрав побольше воздуха, она шагнула в лифт, подождала, пока за ней задвинется дверь, и перевела рукоятку машинно­го телеграфа в положение «Кабинет директора». Казалось, что короткая поездка длится целую вечность. Весь верхний этаж полностью представлял собой владения доктора Бэзила Саунда, главы Министерства особых происшествий.