– А, Полонский… Я уж думал, кто из террористов пожаловал по мою душу, с них станется. Ты чего не спишь? Поздно уже…

Детектив оторопел.

– А где мы встречались? – осторожно поинтересовался он.

– Да нигде. По роду службы, знаешь ли, приходится иногда копаться в архивах Криминальной Полиции. А ты у нас личность известная, можно сказать – ас…

Полонский скромно потупился.

– …по части влипания в истории. Взять хотя бы то дело с ханеганским рубином. Чего стоишь – садись… И отдай, будь другом, мой бокал. Хочешь тайлеранской?

– Я минералку не пью! – категорически отказался Полонский.

– А я теперь ничего другого не пью, – грустно признался комиссар. И добавил неожиданно яростно:

– Как бы он, подлец, ни старался – не пью, и точка!

– Кто "он"? – изумился Полонский.

– Да автор мой, кто же ещё! У нас сперва вроде ничего отношения были – он тогда только начинал, скромничал. За первые шесть его опусов меня всего два раза ранили, да и то легко. Напарника мне дал, Мбебо, здоровенный ходячий кристалл с Аматлипу – это в системе Сириуса, – так я себя за ним чувствовал, как за каменной стеной. На блондинок не скупился, опять же, не то что теперь! А в последнем романе как с цепи сорвался: угробить меня решил! Он думает, я ни о чём не догадываюсь. Я что, чурбан бесчувственный? Другой бы на моём месте давно уже запил, но я-то знаю, что он того и добивается, поэтому держусь. Специально свой бар на одну минералку настроил!

Полонский слушал страстный монолог комиссара и с каждой фразой всё меньше понимал, что происходит.

– Погоди, – вмешался он наконец, – так это что, Мерсе тебя нарочно под лазеры в последней главе подставил? Я думал, это было самоубийство…