С тех пор и не светит оно надо мной, теплое наше, пушистое, золотое. Ходит стороной, улыбается другим. И сама я стала улыбаться реже.

Да где же кот? Еще пару минут — и я расклеюсь… вдруг так захотелось — чтобы было все иначе, прямо сейчас, сию минуту! От острой потребности перевернуть размеренную жизнь меня буквально скрутила судорога. Я так долго организовывала эту сытую стабильность! А теперь готова, не моргнув глазом, променять ее на солнце над головой и друзей — настоящих, а не лишь бы провести вечер. Еще, пожалуй, любовь к тому единственному, которого в этом мире просто нет. А где-то все они обязательно есть, не может же не быть вовсе! Эта последняя мысль меня особенно зацепила, просто до слез. Я опять посмотрела в зеркало — точно, до слез.

Фыркнула сердито — предвесенний плаксивый авитаминоз, да? В острой форме! Надо брать себя в руки и прекращать глупости.

В расплывшемся нерезком отражении что-то неуловимо изменилось, проплыл золотой, как мои мечты о солнце, проблеск. Я торопливо сморгнула. Ну вот, меньше надо в монитор пялиться. Глаза — это мое все, а тут никак не фокусируются, аж жутко. Я невольно сделала шаг вперед и вплотную приблизила лицо к зеркалу. Продолжая усердно-испуганно моргать, почти коснулась его рукой. Ну не на ощупь же мне это золото опознавать, что за глупость?

Постепенно нечеткая дымка истаяла, уплыла куда-то в сторону и вверх из поля зрения. Там, в зеркале, обнаружилось незнакомое девичье личико. В первый миг я раздраженно хмыкнула — она, зараза, типичная любимица солнышка. Лет 17, хороша нечеловечески, лишь глаза мрачно-серые, словно накрытые тенью. Фигура лучами облита от макушки до стоп, и едва ли ей приходят в голову идиотские мысли о пасмурной судьбе, как…

Как такое может вообще быть???

Рука завершила жест, охотно повторенный неземной красоткой, и коснулась зеркала.