— Глядите.

Облако коричнево-зеленого дыма вырвалось из корпуса «Блауэльма», поднялось в воздух маслянистым плюмажем и рассеялось по ветру.

— Споры симбиотических лишайников типа зет: они формируют кислородные строчки на вике Д-6, тип «Эр-Эс» может обойтись без фотосинтеза; он соединяет метан с кислородом и вырабатывает воду, которую вика использует для своего роста. Для таких миров, как этот, три растения составляют стандартную первичную единицу.

Берель оглядела пустынный горизонт.

— Я понимаю, что они будут расти, как вы предсказываете, но никогда не перестану этому удивляться.

— Через три недели равнина станет зеленой; через шесть недель процесс засевания спорами и семенами будет в полном разгаре, и вся планета на сорок футов утонет в растительности. А через год мы начнем окончательно формировать биосферу планеты.

— Если Кей позволит.

— Кей не может помешать. Планета наша.

Берель посмотрела на плотные плечи Бернисти, на его суровый профиль.

— Вы говорите с уверенностью мужчины. А здесь все зависит от традиций Архивной Станции. У меня такой уверенности нет. В моей Вселенной есть место сомнениям.

— Вы руководствуетесь интуицией, я — рационалист.

— Разум говорит вам, — размышляла Берель, — что Кей будет терпимо относиться к архивным законам. Моя интуиция утверждает, что нет.

— Но что они могут сделать? Атаковать нас? Вышвырнуть отсюда силой?

— Кто знает…

Бернисти фыркнул.

— Они не посмеют.

— Сколько мы будем здесь ждать?

— Надо убедиться, что семена прорастают… Затем вернемся на Белую Звезду.

— А после?

— А после снова прилетим сюда, чтобы формировать на этой планете полномасштабную биосферу.

2

Прошло тринадцать дней. Ботаник Бертенброк с трудом волочил ноги, возвращаясь с пыльных лессовых равнин. Он объявил всем, что появились первые всходы. Показал образцы — маленькие бледные ростки с лоснящимися листочками на верхушке.