Пожатие у вампира крепкое.

— Пойдем, откроешь замок.

Дверь можно было бы выбить, и слабенькая сеточка защиты меня бы не остановила. Но у меня нет ни малейшего желания унижать папашу-вампира в его собственном логове. Для внушения вполне достаточно часового, с которым я не стал играть в вежливость. А этот, пожалуй, лучше поймет, если я буду обращаться с ним корректно.

Смотрю ему в спину — он на голову выше меня, широкоплечий, хорошо сложенный. И, судя по манере речи, не так прост, как прикидывается. Интересно, почему его вообще потянуло в вампиры. Такие парни обычно мечтают о другом. Этот же выбрал сомнительный путь кровососа. Город знает, почему и как. Вампиризм — не заразное заболевание, при укусе не передается. Нужно очень хотеть стать именно вампиром, попадая в Город. А потом уже невозможно выбрать другой путь. Каждый получает по желаниям своим...

Легким жестом парень снимает собственную охранную сеточку. Я отмечаю, как изящно и небрежно у него это получается. Пальцы — забавно, с короткими и чистыми ногтями, — собираются в щепоть, откидывают тонкую нить, опутывающую замок. Не слишком-то характерно для этой породы.

Девушку поместили в такую же комнату, только грязи здесь поменьше. Замусоленный диван с подушкой, на стене прилепился умывальник. Эту деталь интерьера явно добавила пленница — в бывшей жилой комнате ему делать нечего. Прикидываю, почему девушка не удрала, открыв окно, потом замечаю на нем охранную «паутину». Окно девушка просто не смогла ни разбить, ни открыть.

— Сам делал? — киваю я на «паутинку».

— Угу, — кивает вожак.

— И это на третьей завесе... Такие бы таланты — да в мирных целях.

Нужно запомнить этого папашу, думаю я. Его семейка не представляет никакого интереса, а этот — явно не без способностей. При необходимости можно будет к нему обратиться.