— Я спрашиваю, какого черта здесь творится? Что вы делаете?

Полковник Грейвс шагнул в обеденный зал, переводя презрительный взгляд с катаканцев на валидианцев.

— Я видал кислотных червей, которые вели себя более достойно. Вы же должны сражаться на одной стороне!

Следом за ним несся Макензи.

— Вот видите? — взорвался он. — Вот почему я был против того, чтобы джунглевые бойцы принимали участие в этой кампании.

Он поднял голос, обратившись к залу.

— Я хочу, нет — я требую — узнать, кто начал драку. Имена и звания!

Бойцы смущенно опустили глаза, кто-то шаркнул ногой — валидианцы не больше катаканцев хотели выдавать товарищей. От подобной несговорчивости лицо комиссара побагровело.

— Сержант Уоллес!

Незадачливый солдат, которого назвал комиссар, встал по стойке смирно.

— Мои извинения, сэр, но я не видел, как начался инцидент. Мои люди лишь пытались прекратить драку, когда ситуация вышла из-под контроля.

Тот же ответ Макензи получил и от следующих двух сержантов.

Лоренцо почувствовал за спиной движение и, обернувшись, увидел, как солдаты помогают подняться сержанту, которому Вудс сломал нос. Прижимая кусок ткани к окровавленному носу, он злобно смотрел на причину своих мук, но Вудс лишь самодовольно ему ухмыльнулся и демонстративно почесал костяшки пальцев.

Это не осталось незамеченным, и комиссар Макензи с раздувшимися от праведного гнева ноздрями метнулся к паре.

— Энрайт?

Окровавленный сержант беспомощно пожал плечами, используя ткань как защиту от всяческих расспросов. Макензи нетерпеливо цокнул языком, а затем взмахом руки отпустил Энрайта и двух помогавших ему гвардейцев. Троица направилась к дверям, а потом без сомнения туда, где сержанту смогут оказать помощь. Одарив Вудса испепеляющим взглядом, Макензи принялся поочередно разглядывать каждого катаканца, пока, наконец, не заметил сержантской нашивки на куртке Грейсса.